The article examines regulatory models governing construction contracts for public needs in the European Union, Germany, the United Kingdom and the United States, focusing on procurement procedures and statutory limits on contractual autonomy. EU directives, federal statutes and subordinate regulations are analysed with regard to contractor selection, permissible contract modifications and review mechanisms. The findings demonstrate the emergence of a transnational framework in which public construction contracts operate as a distinct legal institution combining administrative, financial and private-law elements.

Keywords: public construction contracts, public procurement law, municipal needs, European Union directives, competitive procedures, contract modification, administrative review, federal regulation, standard forms of contract, Davis–Bacon Act, Federal Acquisition Regulation, public infrastructure, procurement oversight.

Договор подряда, заключаемый для государственных и муниципальных нужд, в зарубежных правопорядках выступает не только инструментом удовлетворения хозяйственных интересов публичной власти, но и элементом финансово-правового механизма расходования бюджетных средств. Его правовая конструкция определяется сочетанием частноправовых обязательств подрядчика по выполнению работ и публично-правовых требований, адресованных государственному заказчику при выборе контрагента, формировании условий договора и контроле за его исполнением. В результате публичный подряд утрачивает характер классического гражданско-правового соглашения и приобретает свойства специального института, функционирующего в рамках законодательства о публичных закупках [6, с. 142].

Сравнительное исследование зарубежных моделей правового регулирования подрядных договоров для публичных нужд имеет значение для выявления общих закономерностей развития контрактного права, тенденций ограничения дискреции заказчиков и способов институционального обеспечения конкуренции. Особый интерес представляет анализ нормативных решений, закреплённых в праве Европейского союза, в законодательстве Федеративной Республики Германия, Соединённого Королевства и Соединённых Штатов Америки, где сформированы устойчивые правовые режимы публичного подряда, отличающиеся по уровню централизации регулирования, роли стандартных контрактных форм и объёму социально-правовых обязанностей подрядчиков [7, с. 14].

В правопорядке Европейского союза договоры на выполнение строительных и иных работ для публичных нужд квалифицируются как public works contracts и подпадают под действие Директивы 2014/24/ЕС о государственных закупках, а в случае передачи подрядчику права эксплуатации результата — под режим Директивы 2014/23/ЕС о концессионных соглашениях [3]. Эти акты формируют обязательную для государств-членов нормативную рамку, в пределах которой осуществляется выбор подрядчика и заключение контракта.

Ключевое значение имеет закрепление принципов равного обращения, недискриминации по признаку национальной принадлежности, транспарентности и пропорциональности. Директива 2014/24/ЕС устанавливает перечень допустимых процедур размещения контрактов, включая открытые и ограниченные конкурсы, переговорные процедуры при наличии исключительных оснований, конкурентный диалог и инновационное партнёрство. Законодательство ЕС подробно регламентирует финансовые пороги, превышение которых влечёт обязательное применение общеевропейских процедур и публикацию извещений о закупке в официальных реестрах Союза.

Существенное место занимает институт изменения условий уже заключённого публичного договора. Директива запрещает существенную модификацию предмета, цены или объёма работ без проведения новой процедуры, если такие изменения могли бы повлиять на круг потенциальных участников первоначального конкурса. Допустимыми признаются лишь заранее предусмотренные контрактом опции, корректировки, вызванные непредвиденными обстоятельствами, либо замена подрядчика в строго определённых законом случаях. Тем самым формируется механизм защиты конкурентной среды на стадии исполнения договора [8, с. 39].

Имплементация директив в национальные правопорядки осуществляется посредством специальных законов о публичных закупках, что создаёт относительно однородное правовое пространство, внутри которого подрядчики могут участвовать в проектах различных государств-членов на сопоставимых процедурных условиях.

В Германии публичный подряд регулируется комплексом норм антимонопольного и закупочного законодательства. Центральное значение имеют §§ 97–184 Закона против ограничений конкуренции (Gesetz gegen Wettbewerbsbeschränkungen), закрепляющие принципы конкурентности, экономичности и прозрачности закупок [4]. Их развитие содержится в подзаконном акте Vergabeverordnung, который детализирует процедуры размещения контрактов, требования к публикации информации и порядок допуска участников.

Для строительных работ применяется специальный нормативный массив Vergabe- und Vertragsordnung für Bauleistungen, прежде всего часть VOB/B, которая используется в качестве стандартных условий исполнения подрядных обязательств. В этих положениях урегулированы вопросы приёмки выполненных работ, обнаружения и устранения дефектов, перерасчёта вознаграждения при изменении объёма строительства, распределения рисков между сторонами и досрочного прекращения договора по инициативе заказчика при соблюдении компенсационных механизмов.

Особенностью германской модели является развитая система квазисудебного контроля за соблюдением закупочных процедур. Рассмотрение жалоб участников осуществляется специализированными органами — Vergabekammern, решения которых могут быть обжалованы в вышестоящие судебные инстанции. Такой порядок усиливает превентивную функцию закупочного законодательства и ограничивает дискрецию заказчиков при выборе подрядчика и корректировке условий договора.

В Соединённом Королевстве публичные подрядные договоры регулируются Public Contracts Regulations 2015 [5], которые закрепили в национальном праве положения директив ЕС, а также рядом специальных актов, применяемых к инфраструктурным и муниципальным проектам. Эти нормы устанавливают обязательность конкурентных процедур, требования к публикации извещений и детальный механизм судебного обжалования решений заказчиков.

Для британской системы характерно широкое использование типовых подрядных форм, прежде всего семейства New Engineering Contract, которые интегрируются в закупочные процедуры органов публичной власти. Указанные формы содержат унифицированные правила распределения рисков, управления изменениями проекта, контроля сроков исполнения и разрешения споров посредством альтернативных процедур до обращения в суд.

Британская модель сочетает строгий процедурный контроль с развитой контрактной техникой, направленной на повышение предсказуемости реализации публичных строительных проектов и минимизацию конфликтов между заказчиком и подрядчиком в ходе исполнения обязательств.

В США правовое регулирование подрядных контрактов для публичных нужд строится на сочетании федеральных и субфедеральных источников. На федеральном уровне ключевое значение имеет Competition in Contracting Act 1984 [1], закрепивший принцип обязательной конкуренции при размещении государственных заказов. Его положения систематизированы и детализированы в Федеральном регламенте закупок — Federal Acquisition Regulation, который охватывает все стадии жизненного цикла публичного контракта от подготовки конкурсной документации до завершения исполнения.

В сфере строительных работ действует Davis–Bacon Act 1931, устанавливающий обязанность подрядчиков выплачивать работникам заработную плату не ниже уровня, определяемого для соответствующего региона [2]. Такие социальные обязательства непосредственно включаются в условия государственных контрактов и подлежат административному контролю со стороны уполномоченных органов.

Законодательство штатов и муниципалитетов вправе вводить дополнительные требования, касающиеся экологических стандартов, локального найма рабочей силы и финансовой отчётности подрядчиков. В результате формируется многоуровневая система публичного подряда, в которой федеральные нормы задают общий каркас, а региональные и местные акты конкретизируют его применительно к соответствующим проектам.

Сопоставление рассмотренных правопорядков позволяет выявить устойчивые общие элементы публичного подряда, выражающиеся в обязательности конкурентных процедур, публичности информации о закупках, ограничении свободы изменения условий договора после его заключения и развитых механизмах судебного или административного контроля. Вместе с тем институциональная архитектура регулирования демонстрирует значительные различия.

Право Европейского союза формирует наднациональные стандарты, обязательные для государств-членов и подлежащие имплементации в национальные правопорядки. Германия развивает эти стандарты через детализированное отраслевое регулирование строительных контрактов и специализированные органы контроля. Соединённое Королевство акцентирует внимание на унификации договорной техники посредством типовых форм. Соединённые Штаты демонстрируют федеративную модель, в которой социальные и экологические обязательства подрядчиков закрепляются непосредственно в законодательстве и дополняются региональными нормативными решениями.

Общей тенденцией выступает институционализация публичного подряда как самостоятельного правового института, находящегося на стыке финансового, административного и контрактного права, что отражает возрастающую роль публичных закупок в бюджетной политике и инфраструктурном развитии государств.

Договор подряда для государственных и муниципальных нужд в зарубежных правовых системах представляет собой сложную юридическую конструкцию, в которой частноправовые элементы подчинены императивным требованиям публичного регулирования. Анализ законодательства Европейского союза, Германии, Соединённого Королевства и Соединённых Штатов показывает, что развитие этого института сопровождается усилением процедурных гарантий конкуренции, расширением механизмов контроля и стандартизацией условий исполнения контрактов.

Эти процессы свидетельствуют о формировании транснациональной тенденции к ограничению дискреции заказчиков, повышению транспарентности расходования бюджетных средств и закреплению устойчивых моделей публичного подряда, способных обеспечить реализацию крупных инфраструктурных и муниципальных проектов в условиях правовой определённости и предсказуемости.

Литература:

1. Competition in Contracting Act of 1984, Pub. L. 98–369, Title VII // United States Code. URL: https://uscode.house.gov/view.xhtml?path=/prelim@title41/subtitle1/chapter33&edition=prelim (дата обращения: 27.01.2026).
2. Davis–Bacon Act of 1931, 40 U. S. C. §§ 3141–3148 // United States Code. URL: https://uscode.house.gov/view.xhtml?path=/prelim@title40/subtitle1/chapter31/subchapter4&edition=prelim (дата обращения: 27.01.2026).
3. Directive 2014/24/EU of the European Parliament and of the Council of 26 February 2014 on public procurement and repealing Directive 2004/18/EC // Official Journal of the European Union. L 94. 28.03.2014. URL: https://eur-lex.europa.eu/legal-content/EN/TXT/?uri=CELEX:32014L0024 (дата обращения: 27.01.2026).
4. Gesetz gegen Wettbewerbsbeschränkungen (GWB) vom 26.06.2013 (BGBl. I S. 1750), zuletzt geändert durch Gesetz vom 22.12.2023 // Bundesministerium der Justiz. URL: https://www.gesetze-im-internet.de/gwb/ (дата обращения: 27.01.2026).
5. Public Contracts Regulations 2015 (SI 2015 No. 102) // UK Legislation. URL: https://www.legislation.gov.uk/uksi/2015/102/contents/made (дата обращения: 27.01.2026).
6. Кашин Д. В., Вилкова М. Н., Заворохина А. П., Петрова П. А., Подгоренко Ю. П., Тиллашайхов Д. Р. Государственные закупки инноваций в России // Вопросы государственного и муниципального управления. 2024. № 2. С. 129–156.
7. Матыцин Д. Е., Балтутите И. В. Основы правового регулирования закупок публичных образований, государственных, муниципальных заказов: социально-экономические вызовы. Юридический вестник Кубанского государственного университета. 2025;(3):10–18.
8. Щербаков В. А. Правовое регулирование государственных закупок за рубежом. Экономика. Право. Общество. 2021;(4):37–42.