На сегодняшний день доказательственную базу по уголовным делам все чаще формируют так называемые электронные (цифровые) доказательства, что является прямым следствием стремительного развития телекоммуникационных и информационных технологий. Рост преступлений, совершаемых с использованием интернет–ресурсов, мобильных устройств и персональных компьютеров, превратил киберпреступность, экстремизм, незаконный оборот наркотиков и мошенничество в распространенные виды противоправной деятельности. При этом практика работы с доказательственной информацией, извлекаемой из интернет–пространства или с портативных устройств, остается неустоявшейся и нуждается в систематизации [1].

Вопрос о законодательном признании электронного документа в качестве самостоятельного вида доказательств неоднократно поднимался в научной литературе [2]. Представляется, что для повышения эффективности доказывания по уголовным делам, связанным с применением IT–технологий, требуется разработка специальных процессуальных механизмов, регламентирующих собирание, проверку и оценку различных категорий электронных доказательств. Важным шагом в этом направлении является анализ их видов и исследование оснований для классификации. Понимание специфики использования каждого вида в процессе доказывания невозможно без уяснения его сущности и внутренних различий.

Следовательно, актуальность проблемы также обусловлена практической потребностью в классификации электронных доказательств для их наиболее эффективного использования. Следует отметить, что при возникновении сомнений в подлинности таких доказательств неизбежно назначение экспертных исследований (видео–, фоноскопических, технико-криминалистических) [3].

Действующее уголовно–процессуальное законодательство не выделяет электронные (цифровые) доказательства в отдельную категорию, приравнивая их к иным документам. Однако тенденция к их обособлению уже прослеживается. Так, в УПК РФ введена ст. 164.1, закрепляющая особенности изъятия электронных носителей информации и копирования с них данных при производстве следственных действий. В частности, норма предписывает обязательное участие специалиста при изъятии и регламентирует процедуру копирования цифровой информации.

Несмотря на специфику собирания и проверки, на электронные доказательства, по нашему мнению, должна распространяться традиционная система классификации доказательств. Их можно подразделять на первоначальные и производные, прямые и косвенные, обвинительные и оправдательные, личные и вещественные.

Авторская позиция заключается в выделении следующих видов электронных доказательств, основанном на особенностях их создания и хранения: электронные документы, электронные материалы, электронные сообщения и электронная переписка.

Под электронным документом, в соответствии с Федеральным законом «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» [4], понимается документированная информация, представленная в электронной форме. Ключевым признаком является наличие реквизитов, позволяющих идентифицировать информацию и ее носитель. Наиболее значимым реквизитом является электронная подпись (ЭЦП), обеспечивающая аутентификацию автора [5].

К электронным материалам логично отнести цифровые аудио– и видеозаписи, изображения в различных форматах, а также текстовые файлы, лишенные реквизитов (например, простые текстовые заметки).

Электронная переписка, несмотря на вариативность доктринальных определений, представляет собой совокупность сообщений, переданных через интернет или иные телекоммуникационные каналы с использованием мессенджеров [6]. Особенностью является их распределенное хранение: удаление переписки одним из участников не всегда означает ее безвозвратную утрату, что должно учитываться при расследовании.

В уголовном процессе электронные документы могут выступать как в роли вещественных доказательств, так и в качестве иных документов (при наличии реквизитов).

С точки зрения источника хранения, электронные доказательства можно классифицировать на:

— полученные из сетевых (онлайн) источников (интернет–пространство, облачные серверы);

— полученные с портативных физических носителей (флеш–накопители, жесткие диски, CD/DVD);

Способы их собирания и проверки различаются. Физический носитель можно изъять и предоставить эксперту. Для работы с сетевыми источниками чаще требуется копирование файлов или создание скриншотов, что сопряжено с риском модификации или уничтожения данных и, как правило, требует привлечения специалиста.

Дополнительно электронные документы можно разделить на:

— персональные (пользовательские): созданные человеком [7];

— программно генерируемые: автоматически созданные программным обеспечением (логи, метаданные).

Классификация по степени открытости (документы свободного и ограниченного доступа) напрямую влияет на выбор процессуального действия для их получения (осмотр, обыск, получение информации о соединениях). доступ к защищенным данным часто требует специальных знаний, сравнимых с экспертными, что ставит вопрос о форме применения этих знаний (помощь специалиста или производство экспертизы) [8].

Классификация по способу восприятия (аудио, видео, текст, изображение) важна для выбора методики экспертного исследования при установлении достоверности и неизменности оригинала.

Также критически значимо разграничение оригинала электронного доказательства и его копии. Копирование может сопровождаться конвертацией форматов и незаметными изменениями. Представление копии вместо оригинала может быть использовано защитой для оспаривания допустимости доказательства. От копии файла следует отличать скриншот — статичное изображение, запечатлевшее состояние экрана в конкретный момент.

В научной литературе встречаются и более сложные классификации, основанные на технических параметрах (например, метаданных) или разделяющие доказательства на «нематериализованные» (файлы) и «материализованные» (данные на пластиковых картах), что влияет на вид назначаемой судебной экспертизы.

Подводя итог, можно сделать следующее выводы.

1. Можно выделить следующие критерии, по которым классифицируют электронные документы.

— по процессуальному статусу: вещественные доказательства; иные документы; протоколы следственных действий;

— по способу возникновения (природе происхождения): первично–цифровые; оцифрованные;

— по источнику информации: локальные; сетевые; системные; транзакционные;

— по степени доступности и читаемости: открытые; зашифрованные; скрытые или удаленные;

— по наличию электронной подписи: подписанные ЭП; без подписи.

2. В заключение отметим, что специфика электронных доказательств обуславливает необходимость их многоаспектной классификации. Считаем необходимым законодательное закрепление данного вида доказательств в УПК РФ с указанием его базовых признаков.

Кроме того, в законе следует установить обязательность проведения судебной экспертизы для установления достоверности электронных доказательств как гарантии их допустимости. Это требование вызвано широкими возможностями современного программного обеспечения по незаметному изменению аудио–, видео–, текстовых и графических файлов, выявление которых без специальных исследований часто невозможно.

Литература:

1. Шелегов Ю. В., Шелегов В. Г. К вопросу о классификации электронных (цифровых) доказательств // Криминалистика: вчера, сегодня, завтра. 2019. № 2 (10). С. 63.
2. Старичков М. В., Шаевич А. А. Методы и способы получения доказательственной информации с электронных носителей: учеб. пособ. Иркутск, 2015. С. 55.
3. Родивилина В. А. Участие понятых или использование технических средств фиксации в следственных действиях? // Деятельность правоохр. органов в совр. условиях: матер. XVIII Междунар. науч.-практ. конф. 2013. С. 104.
4. Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ (ред. от 24.06.2025) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2026) // СПС «КонсультантПлюс». — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61798/.
5. Постановление Госстандарта РФ от 24.04.2002 № 163-ст «О принятии и введении в действие государственного стандарта» // СПС «КонсультантПлюс». — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_257058/.
6. Мичугина О. В. Электронная переписка как доказательство // Практическая бухгалтерия. 2013. № 1. С. 72.
7. Гонгало С. И. Классификация электронных документов как объектов судебной технико-криминалистической экспертизы документов // Вестн. Том. гос. ун-та. 2013. № 367. С. 95.
8. Родивилина В. А., Родивилин И. П. Информационное оружие // Евразийский интеграционный проект: цивилизационная идентичность и глобальное позиционирование: мат-лы Междунар. Байкал. форума. 2018. С. 275.