УДК ---

Сердюк Артём Алексеевич

Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I, обучающийся, Россия, Воронеж, e-mail: tema.serdyuk2015@yandex.ru

Головин Максим Дмитриевич

Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I, обучающийся, Россия, Воронеж, e-mail: glvnmx@mail.ru

Научный руководитель: Галка Надежда Анатольевна

Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I, кафедра социальных и гуманитарных дисциплин, Россия, Воронеж, e-mail: nadejdagalka@yandex.ru

Социальные сети и цифровые платформы как фактор социализации и формирования общественного мнения в России

Аннотация. Встатье рассматривается роль социальных сетей и цифровых платформ в процессах социализации личности и формирования общественного мнения в современной России. Показано, что цифровая среда стала не только каналом коммуникации, но и самостоятельным пространством усвоения норм, ценностей, моделей поведения и гражданских установок. Особое внимание уделяется российской специфике: высокой вовлеченности населения в интернет-коммуникацию, росту влияния мессенджеров и платформенных алгоритмов, а также рискам фрагментации общественного мнения, распространения недостоверной информации и усиления цифрового неравенства.

Ключевые слова. социализация, общественное мнение, социальные сети, цифровые платформы, медиапотребление, Россия, цифровая среда.

Social networks and digital platforms as a factor of socialization and public opinion formation in Russia

Abstract. The article analyzes the role of social networks and digital platforms in the processes of personal socialization and public opinion formation in modern Russia. The paper shows that the digital environment has become not only a communication channel, but also an independent space for the assimilation of social norms, values, behavioral models and civic attitudes. Special attention is paid to the Russian context, including the growing importance of messengers, platform algorithms, risks of misinformation and digital inequality.

Keywords. socialization, public opinion, social networks, digital platforms, media consumption, Russia, digital environment.

В российском обществе социальные сети и цифровые платформы давно перестали быть второстепенным элементом досуга. Они стали частью повседневной жизни — через них общаются, учатся, читают новости, участвуют в общественной жизни. Раньше социализация шла в основном через семью, школу, коллектив на работе и СМИ. Сейчас же значительная часть социальных норм и представлений усваивается через цифровую среду. Человек не просто читает ленту или смотрит видео — он вступает в обсуждения, публикует что-то своё, следит за реакцией аудитории и постепенно подстраивает поведение под правила платформы и ожидания онлайн-сообщества [1,2] .

Если говорить о классическом понимании, социализация — это процесс вхождения человека в систему общественных отношений, усвоения ролей, норм и ценностей. С приходом цифровизации этот процесс никуда не делся, но заметно изменил форму. Социальные сети становятся своеобразной средой вторичной социализации, где человек учится выражать позицию, выбирать стиль общения, реагировать на общественные события, отличать допустимое от недопустимого. Ярче всего это проявляется у молодёжи, для которой интернет — не внешний инструмент, а естественная часть жизненного мира. По данным ВЦИОМ, молодые россияне всё чаще переносят общение в цифровую плоскость: онлайн-взаимодействие для многих становится более привычным, чем личные встречи [5] .

Российский контекст здесь особый: цифровые платформы развиваются не в пустом социальном пространстве, а при сильной роли государства, меняющемся медиарынке и одновременном сохранении значимости традиционных СМИ. Общественное мнение в России формируется под влиянием нескольких каналов: телевидения, новостных сайтов, мессенджеров, блогов и соцсетей. Границы между этими каналами тем временем размываются. Новость, появившаяся в официальном СМИ, быстро переходит в Telegram-каналы, обсуждается во «ВКонтакте», пересказывается в коротких видео и превращается в предмет повседневных разговоров. Цифровая среда не подменяет собой общество, а становится его продолжением и катализатором [6,8] .

Одна из главных функций соцсетей как агента социализации — передача норм повседневного поведения. Через цифровые платформы человек усваивает, как принято реагировать на события, какие темы считаются значимыми, какие формы общения получают одобрение, а какие вызывают осуждение. Лайки, репосты, комментарии и подписки фактически работают как система поощрения и наказания. Каждый видит, какие высказывания собирают одобрение, а какие — критику или молчание. Так цифровая среда формирует не одни лишь информационные предпочтения, но и социальные привычки: скорость реакции, стиль аргументации, отношение к авторитетам, готовность участвовать в дискуссии или, наоборот, избегать публичного выражения мнения [1,3] .

Сильнее всего влияние платформ ощущается среди молодёжи и студентов. Для них социальные сети выступают одновременно пространством общения, самообразования, развлечения и поиска идентичности. Молодой человек может принадлежать сразу к нескольким онлайн-сообществам: учебным чатам, фанатским пабликам, профессиональным группам и т. д. В каждом таком пространстве действуют собственные нормы речи, юмора, допустимых тем и форм поддержки. Цифровая социализация оттого и становится множественной: человек учится переключаться между разными социальными ролями и аудиториями. Конечно, это расширяет социальный опыт. Но есть и обратная сторона — риск поверхностной идентичности, когда человек ориентируется скорее на реакцию аудитории, чем на собственные убеждения [2,5] .

Социальные сети — ещё и заметный фактор в формировании общественного мнения. Под общественным мнением обычно понимают устойчивое отношение разных социальных групп к значимым событиям и проблемам. В цифровой среде оно формируется быстрее, чем в традиционных каналах коммуникации, потому что пользователи получают информацию и тут же комментируют, оценивают и распространяют её. Платформы позволяют увидеть видимость массовой реакции: количество просмотров, лайков, комментариев, репостов. Но эта картинка не всегда отражает реальное мнение большинства. Активное меньшинство способно создать иллюзию всеобщей поддержки или недовольства, а молчаливое большинство при этом остаётся незаметным [3,4] .

Этот эффект заметно поддерживают сами алгоритмы платформ. Обычно человек видит в ленте то, на что он уже реагировал: похожие новости, похожие мнения, похожие темы. С одной стороны, это удобно, потому что нужная информация появляется быстрее и не приходится долго искать материалы. С другой стороны, такая лента постепенно замыкает пользователя в привычном круге взглядов. Он чаще сталкивается с тем, с чем уже согласен, и может начать воспринимать это как единственно нормальную позицию. Для России это важно не только в теории, потому что вопросы доверия, согласия в обществе и отношения к государственным институтам здесь постоянно обсуждаются. Поэтому цифровые платформы могут помогать диалогу, но при другом развитии ситуации они же усиливают споры и разделение людей [4,6].

По данным Mediascope, интернет в России уже стал действительно массовой средой: месячная аудитория измеряется десятками миллионов человек, и заметная часть времени в сети уходит именно на соцмедиа [8]. Поэтому соцсети уже не совсем правильно называть только молодёжной темой. Ими пользуются разные поколения, просто делают это по-разному. Молодёжь чаще заходит туда для общения, самовыражения и развлечения, люди среднего возраста часто используют платформы для новостей, работы и полезной информации, а старшее поколение во многих случаях ограничивается мессенджерами. В итоге цифровая социализация касается не только подростков или студентов. Она затрагивает и работу, и семью, и гражданскую позицию человека на протяжении жизни [7,8].

Но влияние цифровой среды на общественное мнение не ограничивается распространением новостей. Платформы задают эмоциональный режим восприятия событий. Короткие сообщения, мемы, видео, заголовки и комментарии часто воздействуют быстрее, чем аналитические тексты. Пользователь может сформировать отношение к событию ещё до того, как подробно разберётся в фактах. Эмоциональная насыщенность цифровой коммуникации делает общественное мнение более подвижным, но и более уязвимым. На этом фоне растёт значение медиаграмотности: умения проверять источники, различать факт и оценку, понимать интересы автора сообщения, не подменять аргументацию количеством лайков или репостов [4,6] .

Важна и проблема доверия. В традиционной модели массовой коммуникации источниками доверия выступали известные СМИ, эксперты, государственные институты, образовательные организации. В социальных сетях доверие часто персонализируется: пользователь верит не абстрактному изданию, а конкретному блогеру, автору канала, знакомому человеку или лидеру мнений. Это меняет структуру общественного влияния. Лидер мнений может не иметь официального статуса, но обладать большой аудиторией и способностью задавать повестку. В России это хорошо видно по росту Telegram-каналов, городских пабликов и профессиональных блогов [6,9] .

Цифровые платформы ещё и объединяют людей. Те, у кого общие интересы, могут найти друг друга независимо от того, где они живут и сколько им лет. В большой стране с заметными региональными различиями это особенно ценно. Онлайн-сообщества помогают студентам обмениваться учебными материалами, жителям городов — обсуждать локальные проблемы, а специалистам — объединяться вокруг профессиональных задач. Так что социальные сети в какой-то мере укрепляют горизонтальные связи, а это важный ресурс для гражданского общества [2,7] .

Риски у цифровой среды тоже вполне реальные. Во-первых, информация распространяется очень быстро, и проверка фактов часто не успевает за репостами. Поэтому недостоверные сообщения могут разойтись по чатам и пабликам раньше, чем появится нормальное опровержение. Во-вторых, анонимность и расстояние между людьми иногда делают общение грубее: человек пишет то, что в личном разговоре, возможно, не сказал бы. Есть и зависимость от правил платформы и алгоритмов, которые обычный пользователь почти не видит и тем более не контролирует. Отдельно остаётся цифровое неравенство: у разных людей разный интернет, разные навыки и разная возможность спокойно проверить информацию, а не просто поверить первому сообщению в ленте [7,9].

В российском законодательстве часть этих проблем уже отражена через регулирование информационной среды. Например, закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» задаёт общие правила для работы с информацией: как её можно искать, распространять и в каких случаях доступ к ней может ограничиваться по федеральному закону [9]. Отдельные изменения, связанные с социальными сетями, сделали более заметной ответственность владельцев платформ за запрещённый контент и за ограничение доступа к таким материалам [10]. То есть соцсети сейчас воспринимаются не просто как сайты для общения. По сути, это уже часть общественной коммуникации, поэтому государство старается регулировать их как значимую информационную среду.

В образовании соцсети и цифровые платформы тоже могут приносить пользу. Учебные группы, каналы с лекциями, онлайн-курсы и обычные чаты помогают быстрее обмениваться материалами и находить нужную информацию. Для студентов это удобно, потому что часть обучения фактически переносится в привычную цифровую среду. Но одного доступа к интернету недостаточно. Важно ещё понимать, как проверять источники, как нормально спорить в обсуждениях и как не выкладывать лишние персональные данные. Без таких навыков цифровая среда может не развивать самостоятельность, а, наоборот, привязывать человека к случайной повестке и к чужому одобрению [5,7].

Если заглянуть в ближайшее будущее, можно предположить, что влияние соцсетей продолжит расти по нескольким направлениям. Мессенджеры станут пространством и личного общения, и новостного потребления. Вырастет значение короткого видео и визуального контента, который быстрее воздействует на эмоции и установки. Усилится роль искусственного интеллекта и рекомендательных систем, способных персонализировать информационную повестку. Государственные, образовательные и общественные институты будут вынуждены активнее присутствовать в цифровой среде, потому что именно там складывается значительная часть представлений о социальных проблемах и путях их решения [8,11] .

Итак, социальные сети и цифровые платформы в современной России — одновременно агент социализации, канал общественной коммуникации и механизм формирования общественного мнения. И их роль здесь неоднозначна. С одной стороны, расширяются возможности для общения, самообразования и участия в общественной жизни. С другой — есть реальные риски: поверхностное восприятие информации, поляризация, манипуляции вниманием. Главная задача общества — не отказываться от цифровых платформ, а учиться пользоваться цифровой средой ответственно, критически и осознанно. Для России это особенно важно, поскольку цифровые коммуникации уже стали частью повседневной жизни, образования, политики, экономики и гражданской активности.

В целом социализация в цифровую эпоху — это поиск баланса между свободой коммуникации и социальной ответственностью. Человеку важно уметь пользоваться платформами не просто как потребителю контента, а как активному участнику общественной жизни. И тут многое зависит от образовательных организаций, семьи и самих платформ — именно они могут развивать медиаграмотность и критическое мышление. Тогда соцсети будут работать не на разобщение, а на укрепление общественных связей [1,5,6] .

Список литературы

1. Андреева Г. М. Социальная психология: учебник для вузов. — 5-е изд., испр. и доп. — Москва: Аспект Пресс, 2018. — 363 с.

2. Кон И. С. Социология личности. — Москва: Политиздат, 1967. — 383 с.

3. Назаров М. М. Массовая коммуникация и общество: введение в теорию и исследования. — Москва: URSS, 2010. — 360 с.

4. Почепцов Г. Г. Теория коммуникации. — Москва: Рефл-бук; Киев: Ваклер, 2001. — 656 с.

5. ВЦИОМ. Живущие в сети, или Медиапотребление современной молодежи: аналитический обзор. — 24.06.2025. — URL: https://wciom.ru/analytical-reviews/analiticheskii-obzor/zhivushchie-v-seti-ili-mediapotreblenie-sovremennoi-molodezhi

6. ФОМ. Социальные сети: тематическая подборка результатов опросов общественного мнения. — URL: https://fom.ru/tag/Sotsialnye-seti

7. Росстат. Использование населением информационных технологий и информационно-телекоммуникационных сетей, 2024 год: открытые данные. — URL: https://rosstat.gov.ru/opendata/7708234640-IKT-twenty-twenty-four

8. Mediascope. Аудитория интернета: презентация, 2025. — URL: https://mediascope.net/upload/iblock/539/zgazi40m8k99k5nfm21x50rfx31xdui4/ %D0 %9D %D0 %A0 %D0 %A4_Mediascope_ %D0 %90 %D1 %83 %D0 %B4 %D0 %B8 %D1 %82 %D0 %BE %D1 %80 %D0 %B8 %D1 %8F_ %D0 %98 %D0 %BD %D1 %82 %D0 %B5 %D1 %80 %D0 %BD %D0 %B5 %D1 %82 %D0 %B0.pdf

9. Федеральный закон от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации». — URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_61798/

10. Федеральный закон от 30.12.2020 № 530-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»». — URL: https://publication.pravo.gov.ru/Document/View/0001202012300062

11. Минцифры России. Национальный проект «Экономика данных и цифровая трансформация государства». — URL: https://digital.gov.ru/target/naczionalnyj-proekt-ekonomika-dannyh-i-czifrovaya-transformacziya-gosudarstva