Рассматриваемый принцип состязательности впервые в Российской Федерации был сформулирован и закреплен в статье 123 Конституции РФ, [1] принятой вскоре после образования государства — 12 декабря 1993 года. В дальнейшем, общий конституционный принцип нашел свое законодательное закрепление, применимое к узкой сфере уголовного судопроизводства в статье 15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту — УПК РФ) [2], который был принят 22 ноября 2001 года и действует по настоящее время.

Законодатель в данном кодексе акцентирует особое внимание на защите личности от предъявления незаконного и (или) необоснованного обвинения, недопустимости незаконного ограничения прав и свобод человека и гражданина. В целях реализации таких положений и был закреплен и детализирован принцип состязательности и равноправия сторон уголовного судопроизводства, который, по мнению Титова П. М. [3, с. 129], заключается в осуществлении разрешения спора на основе состязания непосредственно заинтересованных в исходе дела сторон, путем доказывания и (или) оспаривания тех или иных юридических фактов, имеющих значение для правильного и справедливого разрешения дела.

С подобным мнением нельзя не согласиться, ведь концептуально применение состязательности в такой интерпретации позволяет разграничить функции стороны защиты и стороны обвинения и обеспечить невозможность их осуществления лишь одной из сторон. Также, закрепление принципа состязательности позволяет отделить указанные процессы от суда, призванного установить объективную истину в уголовно-правовом споре между государством и преследуемым лицом, равно как и обеспечивает его беспристрастность и справедливость.

В соответствии с положениями статьи 15 УПК РФ [2] суд не является органом уголовного преследования, его роль заключается в создании необходимых обстоятельств, в которых стороны уголовного судопроизводства в условиях равноправия могут в полной мере осуществлять возложенные на них процессуальные обязанности.

Иными словами, суд является ведущим звеном системы уголовного процесса. Именно его решением определяется виновность конкретного лица в совершении того или иного преступления. Также в функции суда входит определение справедливой меры наказания, в случае если виновность лица доказана в рамках состязательного процесса.

Суд отражает свою позицию лишь на заключительном этапе процесса — при вынесении приговора. Да, с точки зрения действующего законодательства система функционирует, как и задумано, но фактические судебное разбирательство сводится к формальному разрешению спора между стороной обвинения и стороной защиты, что не может не сказываться негативным образом на исходе рассмотрения дела.

На наш взгляд, указанная ситуация не в полной мере соответствует цели закрепления принципа состязательности сторон, ведь в таком случае исход судебного разбирательства зависит лишь от активности сторон, но не от их судебных действий. Иными словами — зачастую может складываться ситуация, в которой установление реальной (объективной) истины по делу не является актуальной задачей ни одной из сторон. Сторона обвинения, как и сторона защиты, сконцентрированы на укреплении собственных позиций, поиске доказательств, подтверждающих их доводы, тогда как реальные факты, не отвечающие запросу той или иной стороны уголовного производства, остаются без должного внимания, или могут намерено скрываться.

Применение принципа состязательности сторон в таких условиях усложняет установление объективной истины по делу. К схожему выводу приходит и В. П. Бахин, которой считает, что в том случае, если у суда нет неоспоримых оснований для принятия однозначного решения о виновности лица (имеется недоработка стороны обвинения) — исходя из принципа состязательности, суд вынужден вынести оправдательный приговор «в назидание», в целях недопущения подобных ситуаций в дальнейшем [4, с. 90]. С одной стороны — таким образом будет реализована презумпция невиновности, но фактически, принятие такого решения приведет лишь к затягиванию судебного разбирательства и маловероятно, что окажет существенное влияние на его конечный результат.

Сложившаяся в правоприменительной практике ситуация вносит некоторый дисбаланс в уголовный процесс — с одной стороны она позволяет в полной мере реализовать принцип состязательности, при котором исход дела зависит лишь от активности и инициативности обеих сторон, но с другой — она лишь усложняет установление истинных обстоятельств произошедшего и способна привести к невозможности вынесения справедливого и объективного приговора.

В современной юридической науке существует мнение о том, что суд, как субъект доказывания, следует наделить более широкими полномочиями, позволившими бы ему занимать более активную позицию в разбирательствах по уголовным делам. Щербаков В. А. считает, что это будет способствовать принятию более объективных и справедливых решений [5, с. 9].

С такой точкой зрения нельзя не согласиться, ведь кажется очевидным, что суд, при вынесении решения, не должен опираться лишь на формальное превосходство одной из сторон, обусловленное количеством приведенных ей доводов. Иными словами, в вопросах установления именно что истины, важным является осуществления судом активного участия в разбирательстве, которое, тем не менее не должно сводиться к противоположному полюсу — явному содействию одной из сторон. В таких условиях принцип состязательности сможет в полной мере выполнять возложенную на него законодателем функцию.

И действительно — современное законодательство предусматривает возможности для проявления активных действий со стороны суда. Так, например, в соответствии со статьей 275 УПК РФ суд имеет право задавать вопросы подсудимому (после окончания допроса сторонами), а статья 283 УПК наделяет суд правом назначения судебной экспертизы по собственной инициативе.

То есть некорректно говорить о законодательном закреплении именно пассивной роли суда в уголовном процессе, которая, тем не менее имеет место быть на практике. Однако, единого подхода как в доктринальной плоскости, так и в практической, сегодня, спустя почти 25 лет с принятия УПК по-прежнему нет. Излишняя активность суда может приводить к фактической подмене им стороны обвинения, в попытках восполнить пробелы, содержащиеся в обвинительном заключении, тогда как сохранение позиции «беспристрастного арбитра» позволяет добиться решения суда в пользу той стороны, у которой «лучший представитель», но не той, позиция которой объективно истинна.

Подводя итог, важно отметить, что принцип состязательности сторон в уголовном судопроизводстве — важный аспект практической реализации концепции правового государства. Однако на сегодняшний день он реализован в российской практике не в полной мере. Из всего исходит, что суд вправе и должен проявлять инициативу в ходе процесса, но не для подмены собой одной из сторон, а в целях проверки достоверности представленных доказательств, устранения противоречий, установления действительно произошедших обстоятельств по делу, что в совокупности призвано обеспечивать справедливое отправление правосудия.

Назначение и роль состязательности состоит в противостоянии стороны обвинения и стороны защиты в целях выявления и постижения истины по делу — Discussio mater veritas est, но не в получении формального превосходства в целях достижения желаемого результата (решения суда) при рассмотрении дела судом.

Литература:

1. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 // Собрание законодательства Российской Федерации. — 1993. — № 32. — Ст. 2926.
2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 05.12.2022) (с изм. и доп., вступ. в силу с 26.12.2022) // Собрание законодательства Российской Федерации — 2001. — № 52 (часть I) — Cт. 4921.
3. Титов, П. М. О принципе состязательности в уголовном судопроизводстве / П. М. Титов. — Текст: непосредственный // Вестник УЮИ. — 2023. — № 1 (99). — С. 128–134.
4. Бахин, В. П. Состязательность или ее видимость? / В. П. Бахин, Н. С. Карпов. — Текст: непосредственный // Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Год правоприменения и преподавания: материалы Междунар. науч. — практ. конференции. — М.: МГЮА, 2004. — С. 88–91.
5. Щербаков, В. А. Состязательность уголовного судопроизводства: роль суда в ее обеспечении / В. А. Щербаков. — Текст: непосредственный // Научный журнал Байкальского государственного университета. — 2016. — № 5. — С. 6–10.
6. Кузнецов, В. В. Роль суда в состязательном процессе / В. В. Кузнецов. — Текст: непосредственный // Известия вузов. Северо-Кавказский регион. Серия: Общественные науки. — 2011. — № 5. — С. 19–22.
7. Котлярова, А. А. Активная роль суда в состязательном процессе / А. А. Котлярова. — Текст: непосредственный // Вопросы российской юстиции. — 2019. — № 3. — С. 1085–1091.
8. Куксенко, Т. Ю. Роль суда при соблюдении состязательной формы процесса / Т. Ю. Куксенко. — Текст: непосредственный // Вестник магистратуры. — 2019. — № 1–1 (88). — С. 43–45.